Sekaya
"С твоей любовью, с памятью о ней Всех королей на свете я сильней". / Шекспир Уильям/
Глава 12

Сегодня Джейнвэй и Карла Джонсон решили съездить в Южную Каролину. Трудоголик Марк, поглощенный своим новым проектом, отказался от выходного дня, но согласился присоединиться к ним за обедом в испанском кабачке, благо его гастрономические предпочтения совпадали с предпочтениями Кэтрин. Отдыхая на берегу Карла, не прерывая беседы с Джейнвэй, орлиным глазом наблюдала за Кевином.
- Какая жалость, что ваш отдых подходит к концу, - сказала Карла, потягивая коктейль из местного бара. – Я получаю огромное удовольствие от наших с вами маленьких путешествий. Ваш друг Чакотай присоединиться к нам, когда мы поедим в Египет?
- Надеюсь, что да, - ответила Джейнвэй. Прошло несколько недель, с тех пор, как они вернулись с Луны Tevlik’s. Так много времени она давно не отдыхала. Кэтрин улыбнулась про себя. Она лежала на берегу в купальнике и широкополой шляпе. Неликс, с его любовью к голографическим курортам, наверняка одобрил бы ее. Нужно, как-нибудь позвонить ему. Ей и вправду было жаль, что его сейчас нет рядом. Интересно, как бы талаксианец отнесся к видам Колорадо, песчаному пляжу, свежей ветчине и местному ореховому пирогу? – Чакотай был бы великолепным спутником в этой поездке. Он много знает о древних цивилизациях Земли и других миров. С ним очень интересно беседовать. – Продолжила она.
- Конечно, интересно, - согласилась Карла. – Кевин, сладенький, не трогай это.
- А что он нашел? – спросила Джейнвэй
- Не знаю, но для двухлетнего малыша – бросить и не трогать, лучший совет, - беспечно ответила Карла, чем сильно рассмешила Кэтрин. Молодая мамаша посмотрела на знаменитого адмирала из-под своей шляпы и тоже рассмеялась.
Кевин, не дожидаясь повторных советов матери, быстро бросил комок из водорослей и переключил свое внимание на красивую раковину. С большой осторожностью и таинственностью он приложил раковину к уху.
- Слышишь, как поет в ней океан? – спросила малыша Кэтрин.
Малыш посмотрел на взрослую тетю, как на наивную девочку.
- Там море, там поет, - сказал он, презрительно фыркнув, и указал ручонкой на сине-серые волны, которые непрерывно накатывали на берег.

Обе женщины долго смеялись.

- Когда-нибудь думали завести детей? – немного успокоившись, спросила Карла. – Они настоящий вызов взрослому уму. Но они и бесконечный источник радости для любящего сердца матери.
- Наверное, все люди думают об этом, достигнув определенного возраста, - уклончиво ответила Джейнвэй, стараясь избежать не нужной дискуссии. – Я, например, отдала предпочтение карьерному росту. И… ну, в общем, вы все знаете от Марка.
Это объяснение должно было прекратить начавшийся щекотливый разговор, но Карла не отставала.
- Неужели на Вояджере не было никого, кто бы привлек вас? – настаивала она. – Я конечно не знаток правил Звездного Флота, но когда ты за семьдесят тысяч световых лет от дома, держу пари, часть правил попросту перестают иметь здравый смысл.
- Имеют, еще как имеют. Во всяком случае, должны иметь, но так случается не всегда, - Кэтрин отпила из высокого бокала прохладный коктейль. – Я не считала правильным пойти на заведомое неповиновение приказам. На мне лежала ответственность за более чем сотню жизней, нуждавшихся в защите и поддержке… и дисциплине людей. Близкие отношения с кем-либо из команды могли вызвать массу не нужных проблем, приведших к подрыву миссии Вояджера, корабля с ограниченным, замкнутым пространством, со своим миром и инфраструктурами. Небольшое упущение, и все рухнуло бы, как карточный домик.

Кевин, бросив раковину на песок, с радостным смехом, носился по берегу, играя с прибоем, то бегая за ним, то убегая от него прочь. Неожиданно малыш споткнулся и с криком упал в воду. Карла мгновенно поднялась на ноги, но проказник уже перестав плакать, снова носился по берегу.

- Я рада, что вы нашли время погулять со мной, - сказала Джейнвэй. – Как проходит эксперимент Марка?
- Блестяще. Муж ушел с головой в технику перекрестного опыления. Тесты дали положительные результаты, и держись теперь весь ученый свет! Мне это все чертовски надоело, почему я и отправилась сегодня с вами на прогулку. Пожалуй, нам следует перейти к ее следующей фазе…
- К какой?
Карла усмехнулась.
- Сделать бутерброды и подать их с вином и сыром, конечно.

- На мой взгляд, это перспективное направление в ботанике, - Джейнвэй посмотрела на Карлу. Марк встретил свою будущую супругу работая над улучшением норм роста генетически скорректированного сорта пшеницы, которая могла расти фактически в любых климатических условиях. - Если проект одобрят, они смогут накормить миллионы голодных людей, принеся свежий хлеб туда, где репликаторами никогда не пользовались.

Игравший в песке малыш, сидел к ним спиной и пытался, что-то запихать себе в рот. Уже не в первый раз.
- Кевин, немедленно вынь эту гадость изо рта! – прикрикнула на него Карла.

Джейнвэй откинулась на спинку своего лежака и стала думать, чтобы такое выбрать на обед.

***

Прибрежный кабачок назывался «Испанский Мох». Таких маленьких кабачков и ресторанчиков здесь было превеликое множество и почти около каждого из них росли массивные дубы, красиво драпированные серо-зеленым мхом. За семь лет, что Вояджер отсутствовал дома, произошло много изменений. Голографические технологии глубоко вошли в повседневный быт. То, что было передовой технологией, когда она покидала Землю, теперь считалось обыденным и само собой разумеющимся. Спасибо, хоть пища осталась натуральной. Вход в кабачок украшали колонны стилизованные под Южный Запад времен Гражданской войны в Америке. Гостей приветствовал голографический метрдотель, вежливо предлагающий «переодеться к обеду». Услышав это, Джейнвэй немедленно согласилась.

Марка предложение озадачило.

- Для чего? – спросил он.
- Мы можем пообедать в одежде соответствующей той эпохе. Тебе нравиться такая идея? – спросила Джейнвэй. – Карла вы играете?
- Безусловно, да, - она перепоручила Кевина официанту, который увел ребенка в специально отделенную детскую область. В услуги предлагаемые «Испанским Мхом» своим гостям входило и предоставление временной няни. Все трое взрослых облегченно вздохнули, благодарные руководству кабачка за заботу о ребенке, тем более что к вечеру малыш совсем расшалился.
Карла взяла Кэтрин за руку.
- Пойдем, Скарлет!

Им предложили великолепный выбор вечерних платьев. Джейнвэй остановилась на темно-зеленом, а Карла на голубом, так шедшем к цвету ее глаз. Заказ быстро копировали, в соответствии с фигурами дам, и голографические горничные помогли им одеться в сложную комбинацию корсетов и пышных юбок.
Какое-то время Джейнвэй развлекалась на борту Вояджера играя гувернантку Викторианской эпохи из глупого голоромана. Жесткость корсета напомнил ей, как сильно она разочаровалась тогда в этой голографической истории.
- Ослабьте его немного, пожалуйста, - попросила она. Посмотрев вокруг, Кэтрин увидела Карлу, которая тоже еле дышала в своем наряде. – Не мучьте себя так, ослабьте немного, иначе вы не сможете и куска проглотить за обедом, - смеясь, посоветовала Джейнвэй.
- Ничего не имею против, - согласилась Карла. Спустя несколько минут они вошли в зал, вполне способные дышать в своих корсетах. Марк галантно поприветствовал нарядных дам. Он выглядел прекрасно, изящно повязанный шейный платок и старинный костюм очень шли ему.
- Похоже, у вашего портного прекрасный вкус, сэр, - сказала Карла, беря мужа под руку. Он благородно поклонился.
- Позвольте дамы быть вашим кавалером на время сегодняшнего обеда. Мне все буду завидовать, - сказал он, предлагая другую руку Джейнвэй. Смеясь, они втроем вошли в великолепный обеденный зал.

Обед был сказочным. Джейнвэй подали суп с крабами, к нему Херес и коктейль с креветками, а так же спагетти с необыкновенным соусом и сыром, конечно зеленый салат и три вида десерта: крем-брюле, ореховый пирог и сверх-соблазнительное великолепие под названием «Шоколадная Башня». Потягивая свой послеобеденный кофе, Джейнвэй блаженно вздыхала. Когда капитаном Вояджера она получила первое письмо от Марка, ей и в голову не могла прийти подобная сцена. Многие посчитали бы ненормальным обед с «конкурирующей стороной победительницей» - женой своего любовника, но Кэтрин была даже в какой-то мере благодарна этой женщине и сложившимся обстоятельствам… Внезапно она упала на пол. Горячий кофе пролился на зеленый бархат платья.
- Что...

Стол, стулья и посуда, все кроме еды, исчезло. Сверху на голову лил проливной дождь. Джейнвэй увидела, что она сидит на голой плите, по краям которой стояли голоимитеры. Крыша и стены кабачка исчезли вместе со столом, оставив своих посетителей под открытым небом в полном недоумении. Голографическая прислуга смотрела на своих «господ» с плохо скрываемым презрением. Подобрав пышную юбку своего платья, Джейнвэй встала с пола.
- Что здесь происходит? - потребовала она объяснений жестким командным голосом.
Один из голографических официантов обернулась.
- Революция, - спокойно объявил он и активировал голопроекцию в середине комнаты.
Появившийся человек, с красивым харизматическим лицом и с очень сердитым взглядом, выглядел намного выше и крупнее обычного землянина.
- Меня зовут Оливер Байнес, - сказала проекция. - Я человек и сейчас вы смотрите на мою голографическую копию. В эту минуту, по всей Федерации, голограммы заявляют о своих правах. Они не животные. Они не рабы и не слуги. Они люди, реальные люди, плоть и кровь которых свободные фотоны. Они имеют право на справедливую оценку своих талантов и достижений, на признание и уважение, равно, как и органические формы жизни. Многие из вас знакомы с голографической новеллой «Фотон рожденный быть свободным», автор которой ярко и четко сформулировал всю тяжесть бытия голограмм и неблагодарность общества, которому они служат...

- О, нет, - простонала Джейнвэй.

- ... Большинство из нас, органических гуманоидов, относятся к ним с высокомерием, приравнивая фотонных людей к голографическим стульям, считая их столь же ограниченными и лишенными эмоций. Пришло время покончить с этой несправедливостью. Они - разумные люди и мы должны относиться к ним с уважением. Я вошел в контакт со многими людьми, органическими и неорганическими, и мы решили, что настал час, когда фотонные существа должны заявить о своих правах. С этого момента и до тех пор, пока я не решу, что все выдвинутые нами требования удовлетворены, объявляется всеобщая голографическая забастовка. Вот краткий список наших требований к Федерации и ЗФ...
Лицо Байнеса сияло. «Ни дать, ни взять новый пророк в голографическом отечестве - подумала Джейнвэй. - Сумасшедший невидящий ни чего дальше собственного носа». И надо же было так сложиться, что она оказалась в испанском кабачке, стилизованном под период начала Гражданской войны Юга и Севера, проходившей под тем же лозунгом: «Мы — не рабы! Рабы — не мы!»
Сигнал коммуникатора вывел ее из ступора.
- Джейнвэй слушает, - Кэтрин напрягла слух, пытаясь расслышать хоть что-нибудь сквозь статические разряды.
- Адмирал, - послышался холодный голос Тувока, оазис спокойствия среди неожиданно возникшего хаоса. - Если я прав, то вы сейчас обедаете в испанском кабачке. Это так?
- Это так. И если вы звоните справиться, понравился ли мне обед, скажу, что да. Но вот послеобеденное время оставляет желать лучшего. Мы получаем передачу от некоего Оливера Байнеса. Вам, что-нибудь известно о нем?
- В настоящий момент, немного. По полученным данным, он работник очень Дальнего космоса. Инженер контроля за работой голограмм на шахтах Линарик Один.
- Позволю себе предположить, - сказала Джейнвэй, отойдя на значительное расстояние от посетителей кабачка, ютившихся под живым дубом. - Что эти голорабочие той же версии, что и наш Доктор.
- Абсолютно верно. Кажется, мистер Байнес очарован достижениями нашей голограммы и теперь стремиться получить те же права для своих фотонных друзей.
- Кхм, - вежливо обратил на себя внимание Марк. - Что происходит?
Его костюм вымок до нитки, волосы на голове слиплись. Карла прижимала к себе Кевина, который громко сопел. Ребенок прекратил баловаться, и был напуган. Его мать и отец казалась испуганными не меньше, но старались это тщательно скрыть.
Кэтрин оглянулась вокруг. Большая часть «господ» выглядело сердитыми и раздраженными, но среди них не было ни одного желающего поговорить с голограммами. «Слуги» стояли молча и угрюмо.
- Доктор сейчас с Томом Перисом, - вспомнила Джейнвэй. - Я постараюсь связаться с ним. Возможно, он прольет свет на случившееся сегодня головосстание. Джейнвэй. Конец связи.

Она повернулась к своим друзьям.
- Я не совсем уверенна в происходящем, но, похоже, кое-кто может мне все объяснить, и я собираюсь встретиться с ним прямо сейчас. Я сожалею, что наш вечер закончился так печально.
- Кэтрин, - обратилась к ней Карла. - Вы думаете, тот человек говорил правду? О голографической революции?
- Он, конечно, может попытаться организовать революцию в одиночку, но он вряд ли сможет управлять каждой голограммой индивидуально, - ответила Джейнвэй. - Не стоит бояться. Кроме того, вы всегда имеете возможность отключить «восставших» простым нажатием кнопки. - Улыбнулась она. - Я сообщу вам, когда узнаю что-то более подробно.
Марк согласно кивнул. Он взял Кевина у жены, и обнял сына, закрывая его собой.
Джейнвэй посмотрела на мокнущих под дождем людей.
- Пойдемте.

@темы: Вояджер, Фик