23:55 

Звездный Путь. Вояджер / Послесловие "Возвращение домой" глава 15

Sekaya
"С твоей любовью, с памятью о ней Всех королей на свете я сильней". / Шекспир Уильям/
В честь Дня Рождения командующего Чакотай!

Глава 15

- Ёу-у-у! - крикнула Секэйя, и в последнюю секунду поджав ноги, выполнила идеальный прыжок «пушечное ядро» в прохладные воды озера. Конечно само оружие, давшее название прыжку, давным-давно стояло в музеях и украшало пристани, и площади земных городов, но упоминания о нем то и дело проскальзывали в быту. Секэйя вынырнула на поверхность и озорно поглядела на своего брата, сверкая почти абсолютно черными глазами. - Давай, смелее!

Чакотай порадовало то, что она помнила игру, в которую они играли, будучи детьми. Он первым нашел это небольшое укрытое в горах озеро, а она была первой прыгнувшей в его глубину. Теперь очередь за ним. Вместо свивания в клубок, он, почти не подняв брызг, нырнул, погрузившись до самого дна прозрачных, как стекло, голубых вод. Вынырнув на поверхность, Чакотай мотнул головой и рассмеялся. Хорошо было вновь очутиться здесь.
Пройдя все «круги ада» дотошной комиссии Звездного Флота, командующий не захотел ждать решения в казенной квартире или на борту Вояджера. Он хотел вернуться домой, к земле, которая его вскормила, хотел увидеть семью и близких, хотел снова окунуться в прохладную сладость горного озера. Только так его ослабленный дух мог восстановиться.
Внезапно Чакотай окатило водой и он, захлебнувшись, закашлялся. Секэйя, плеснувшая на него горсть воды, плавала рядом и хохотала. Притворившись обиженным и рассвирепевшим, он зарычал на нее и плеснул в ответ, но молодая индианка была быстра, как выдра и ускользнула от него.
- Копуша, - дразнила она старшего брата. - Всего каких-то семь лет на крохотном кораблике, а ты позволил себе выйти из формы!
Секэйя снова нырнула. Солнечный свет ослепил Чакотай, и он потерял ее след. Секунду спустя, сестра уже прыгала на большой плоской скале, вытряхивая воду из ушей и пристраиваясь поудобнее, чтобы позволить солнцу просушить ее золотистую кожу.

Погодки, их можно было принять за близнецов, настолько брат и сестра походили один на другого. Из них двоих Чакотай слыл самым непоседливым, но, в конце концов, Секэйя догнала его по своенравности и тоже оставила родные места. И, наверное, именно поэтому, по возвращении Вояджера домой, он связался первым делом с сестрой. Племя, как и прежде, упрямо отвергало современные технологии, не допуская их в деревню, оставаясь маленьким закрытым миром среди прогресса 24 века. Чакотай пришлось терпеливо ждать, когда он сможет лично увидеть мать и поговорить с нею.
В ночь его возвращения домой они устроили великий пир в честь Чакотай, сына Колопака. Соскучившийся по привычной ему с детства еде, он наелся до отвала запеченных на углях кореньев, овощей и фруктов, орехов, домашнего хлеба и конечно выпил огромное количество веселящих душу напитков из перебродивших сладких фруктов. Он танцевал победный танец перед костром племени, рассказывая языком жестов свою историю. Устав и напировавшись он безмятежно, как когда-то в детстве, уснул в маленькой хижине принадлежащей его матери. Звуки джунглей были для него колыбельной. О большем он и не мечтал.

Сегодня Чакотай и Секэйя решили отправиться на пикник. Они пошли на их любимое место, к озеру. И вот он лежит рядом со своей сестрой на нагретых солнцем камнях и чувствует, как последние темные воспоминания покидают его душу.
- Ты ничего не рассказал мне о борге, - вырвала брата из полудремы Секэйя.
Он приоткрыл один глаз и посмотрел на нее. Она лежала на животе, опираясь на руки, и солнышко уже высушило ее плечи. В глазах женщины светилось любопытство.
- Всегда идешь напролом, - проворчал он.
- Ладно. Давай поговорим о чем-нибудь другом.
Чакотай вздохнул и закрыл глаза плотнее.
- Может не надо?
- Хм, - не отставала Секэйя. - Ты уже решил для себя, вернешься в Звездный Флот или останешься здесь? Или не то и не другое?
- Секки, я пока не знаю, - сказал он. - Я приехал сюда, чтобы отдохнуть и удалиться на время от дел. Не хочу принимать решения прямо сейчас. - С него было достаточно тяжелых переживаний. Визит на Луну Tevlik’s, с адмиралом Джейнвэй, расстроил его слишком сильно. Он хотел покоя и тишины, и чтобы время вокруг него остановилось.

- Время благосклонно лишь к умершим, - послышался незнакомый голос. Чакотай мгновенно открыл глаза и, увидев нереальное великолепие красок вокруг себя, понял, что заснул и попал в мир Духов.
Секэйя исчезла. На ее месте, радостно кувыркаясь, словно ласковая домашняя кошка, играл огромный Черный Ягуар.
Сердце Чакотай ёкнуло в груди. В мире Духов он встречался со Змеей и Волком, два раза с обманщиком Койотом. Но Черный Ягуар? Ягуар — предтеча великого судьбоносного события. Этого проводника видели всего несколько раз за всю историю племени, и то самые сильные шаманы. Своим царским присутствием он ни разу не осчастливливал Чакотай. Никакое другое тотемное животное не имело такой духовной силы, как Черный Ягуар. Чакотай почувствовал, как у него по спине побежали мурашки.
Стараясь лежать тихо, он лихорадочно думал, почему эта полная грации и красоты дикая кошка посетила его. А Ягуар, вопреки всей своей царственности, вальяжно отдыхал на скале, вытянув лапы, с самым умильным выражением на кошачьей морде. Заметив, что он с опасением смотрит на него, Ягуар приподнял бархатную переднюю лапу и, тщательно убрав острые, как ножи, когти ласково коснулся мягкой подушечкой его лица.
- Ты слишком напряжен, Чакотай, - услышал он в уме его голос. - Тебе стоит время от времени расслабляться, лёжа здесь, на теплой от солнца скале.
- Именно это я сейчас и делаю, - тихо ответил он.
- Неправда. Со стороны возможно и выглядит, словно ты безмятежно расслабился на солнышке, но на самом деле ты тратишь свое время впустую. Что это? Небольшая передышка перед очередным самоедством?
Смутившись, он понял, что Ягуар прав.
- Я стараюсь вести себя хорошо, но похоже не угождаю тебе.
- Ты играешь в прятки. Не отдаешься полностью неге и солнцу, хочешь убежать от своих страхов. Будь настойчивым в своем покое.
Чакотай не понимал, что происходит, и это начинало его злить: «Духи, черт вас побери, что вы хотите мне сказать? Сначала вы говорите быть настойчивым, а затем просите успокоиться. Койот — лгущий тотем, но не Черный Ягуар!»
Дикая кошка резко перевернулась со спины на живот и села, уставившись на него янтарными глазами. Леденящий душу страх сжал Чакотай горло. Шутить с Черным Ягуаром мог разве что сумасшедший, даже если эта кошка выглядела благодушной и резвилась так, словно нашла заросли кошачьей мяты.

Кто такой маленький человек, чтобы спорить с Черным Ягуаром?

Он разозлил его, и он знал это. Глубоко вздохнув, набираясь храбрости, Чакотай стал говорить то, что слышал в детстве от шаманов.
- Черный Ягуар — тотем великой силы, храбрости и свирепости. Приходит в видениях, чтобы призвать человека на страшный и порою смертельный бой во имя справедливости. Карает смертью тех, кто этого заслуживает, не колеблясь. Черный Ягуар наносит свой удар внезапно, его убийство стремительно и справедливо. Когда приходит Черный Ягуар, каждый воин готовиться…
Чакотай съежился, боясь даже подумать о том, что может произойти. Черный Ягуар закончил фразу за него.
- Каждый воин готовиться к походу, который станет для него испытанием духа, характера, мужества и храбрости. И веры в Высшие силы. Это суд над Силами Тьмы, и если избранный воин потерпит неудачу, Черный Ягуар взыщет с него его долг. В случае победы, Добро восторжествует, и наступит Мир для всех живущих на Земле.
Он покорно смотрел на него. Страх по-прежнему сжимал Чакотай сердце. Ягуар смерил человека пристальным взглядом и спокойно растянулся на теплых камнях.
- Теперь ты понял, почему должен раствориться в этом моменте покоя, Чакотай? Лови свои солнечные дни, пока можешь.

- Чакотай, - он слабо пошевелился. – Чакотай, проснись. Ты говоришь в своем сне.

Он открыл глаза и увидел над собой Секэйю, с тревогой смотревшую на него. Поднявшись на ноги, он огляделся вокруг. Не было никаких признаков Черного Ягуара. Он жил в мире Духов, а не здесь.
- Что ты ищешь?
- Ничего, - уклонился он от ответа. – Только остатки сна. – Чакотай повернулся к сестре и улыбнулся, осознав значение последних слов Черного Ягуара. Пришло время вернуться в реальный мир, оставленный им так не надолго.
- Эй, - крикнул он. – Я хочу есть. Пойдем, разыщем какой-нибудь ананас.

***

На минуту Чакотай пожалел, что так поступает.
Он просто был уверен, что не должен так поступать. Но слова Черного Ягуара эхом звучали в его голове. Не было больше времени на раздумье. После недолгого прощания со своей старой матерью и хохотушкой сестрой, Чакотай вернулся в Сан-Франциско. Здесь у него было несколько друзей, и кто знает, может быть Кэтрин захочет с ним пообедать, так как они делали это прежде. Сидя за чашечкой кофе со Светланой, он спросил можно ли воспользоваться ее компьютером. Женщина удивленно приподняла бровь, вызвав на лице Чакотай улыбку. О, она точно знала, кому он собирался звонить.
- Уверен, что это хорошая идея? Похоже, она не горит желанием получить от тебя весточку, особенно после того, что случилось на банкете.
- Нет, не уверен, - смутился Чакотай. - Но я хочу это сделать. Она должна знать, что, несмотря на отказ видеться со мной, я всегда останусь ее другом. Я любил и гордился ею, задолго до того, как мы стали... до того, как. И я, все еще люблю ее.
- Ты единственный мужчина способный на такое, из всех, кого я знаю,- восхитилась Светлана. - И я искренне надеюсь, что она согласится выкурить с тобой трубку мира. Ваша дружба — то, что стоит сберечь, Чакотай.
Он протянул ей руку. Светлана ласково пожала мужскую ладонь и пошла варить кофе, оставляя своего гостя одного перед монитором. Чакотай сел за стол и, слегка волнуясь, набрал номер.
Почти сразу на экране появилось приятное лицо Ирэн Хансен. И прежде, чем он успел поздоровавшись представиться, она улыбнулась ему.

- У нас не было удовольствия быть представленными друг другу, командующий Чакотай, но по вашей татуировке я сразу догадалась, кто вы. Как поживаете молодой человек?

Приветливый голос и добрая улыбка успокоили его, волнение улеглось.

- Спасибо, хорошо, госпожа Хансен. А как ваши дела?
- Великолепно! - женщина просто светилась от счастья. - Погода чудесная и я испекла земляничное печенье. Возможно у вас найдется минутка заглянуть к нам в гости и перекусить. К печенью обещаю свежайших сливок.
- Это очень любезно с вашей стороны. Предложение выглядит заманчиво, наверное, я соглашусь. Могу ли я поговорить с Семь?
- Минутку, - Ирэн исчезла из зоны захвата камеры. - Анника, дорогая, милейший Чакотай хочет поговорить с тобой.
«Милейший!» - Чакотай фыркнул, наморщив нос, и не имея сил сдержать себя, рассмеялся. Он все еще хохотал, когда на экране появилось любимое лицо. Глаза Семь ярко блестели и она улыбалась.
- Прошу прощения за свою тетю, - сказала она и посерьезнела.
- Не стоит, - Чакотай страстно хотел вернуть ее улыбку. - Она сказала, что думала. Мне нравиться такая простота в людях.
Семь застенчиво улыбнулась.
- Мне тоже. Как вы себя чувствуете?
- Со мной все в порядке. Я хотел узнать, как идут дела у тебя? Приспосабливаешься?
- Со мной все хорошо. Тетя Ирэн... - девушка задумалась, подбирая нужное слово.
- Чудачка?
- Да, - она улыбнулась. - Она чудачка. Но, я многому научилась у нее, например: варить варенье и джемы, пришивать пуговицы и ставить заплатки.
- Проще говоря, осваиваешь азы домоводства.
- Именно так.

Глядя в ее хитро блестевшие глаза, он вдруг понял, что она дразнит его. Чакотай был счастлив. Несомненно, влияние добродушной и чудаковатой тети, пошло Семь на пользу. Идея учиться у других людей, а не только у членов команды Вояджера, постигая мир самостоятельно, оказалась не такая уж и плохая. Кем должна стать Семь из Девяти живя на Земле? Сейчас они оба понимали, что единственный способ узнать ответ на этот вопрос, сделать то, что сделала она.
- Ты неплохо стряпала и на Вояджере, - напомнил он ей. - Думаю, у тебя найдется пара рецептов, которые заинтересуют твою тетю.
- Ее опыт гораздо больше моего. Но, вы правы. Мы учимся друг у друга.
- Приятно вновь увидеться с тобой, - честно признался он. - Я рад, что ты делаешь успехи.
Ее улыбка стала слегка натянутой.
- Я сказал, что-то не так?
- Нет, я тоже рада увидеться с вами, - ее голос звучал нерешительно. - Просто произошло кое-что непонятное мне.
- Продолжай.
- Я испытала эмоциональную реакцию...

Чакотай услышал за спиной Семь какой-то шум. Прислушавшись, ему удалось разобрать несколько отрывистых слов сказанных невидимым мужчиной: «Приказ Звездного Флота... пожалуйста... не вмешивайтесь, госпожа...» - и взволнованный голос Ирэн Хансен: «Где письменное распоряжение... подождите... вы не можете войти туда...»
Белокурая головка Семь повернулась в сторону от экрана и Чакотай увидел, как она почти физически, надевает свою старую борговскую броню, помогавшую ей столько лет «приспосабливаться» к жизни среди людей.
- Кто там?
- Семь, что происходит? - голос Чакотай мгновенно стал жестким и обрел командный тембр.
Она не ответила, ее гибкое тело загораживало экран и не давало возможности увидеть происходящее.
- Кто позволил вам врываться сюда? Это частная территория, - холодно заявила она неизвестному человеку вошедшему в комнату.
- Пожалуйста, не сопротивляйтесь, - сказал тот же самый голос, который незадолго до этого слышал Чакотай. - Мы только хотим удостовериться.
- Удостовериться? В чем? - надменно спросила Семь.
- Говорит командующий Чакотай. Что происходит?
На экране появилось незнакомое лицо. Считанные секунды на Чакотай смотрели мрачные зеленые глаза. Незнакомец оказался офицером одетым в форму СБ Звездного Флота. Экран мигнул и погас.

Чакотай выругался в слух, что он не делал практически никогда, и торопливо набрал номер Кэтрин Джейнвэй. Адмирал ответила почти сразу, вид у нее был крайне разгневанный.
- Значит, вы уже в курсе, - без преамбул сказал он.
- Знаю и делаю все возможное, - мрачно ответила она. - Они не могут держать его вечно. По крайней мере, я на это надеюсь.
- Его? - удивился Чакотай. - Офицеры Флота только что ворвались в дом Ирэн Хансен и арестовали Семь из Девяти!
Теперь наступила очередь Кэтрин смотреть на него с открытым от удивления ртом.
- Семь? В течение последних двух дней я из кожи вон лезу, чтобы помочь нашему Доктору. Подняла все свои связи. Доктора обвиняют в организации голографической революции. Они, что и Семь к этому притянули?
- Не знаю, к чему ее притянули, знаю только, что они увели ее с собой под усиленным конвоем.
- Попробую узнать об этом поподробней. Как я могу с вами связаться?
- Дайте мне пару минут, и я буду у вас, если конечно вы не против.
- Абсолютно не против, - быстро ответила она. Ее лицо приобретало так знакомое ему выражение непреклонной решимости. - Мне становиться жаль любого, кто попытается встать у нас с вами на пути.

Несмотря на тяжесть ситуации, он усмехнулся. Мысли Чакотай вернулись к его видению Черного Ягуара.
Черный мех дикой кошки означал путь в темноту, серьезное и пугающее испытание. Отказ от этого пути означал верную смерть, но зато в случае победы награда будет немалой. Ему было жаль, что у него не было в запасе дня или двух, чтобы еще немного понежиться на нагретой солнцем скале.

***

Когда Сэм, Тим и Андре уселись на траву в шаге от Ичеба, он счастливо улыбнулся.
- Эй, парни, как дела? - воскликнул он и мысленно похвалил себя за то, что вспомнил фразу, которой курсанты приветствовали друг друга. Умение располагать к себе людей, была одна из многих задач стоящих перед Ичебом, как часть его адаптации к жизни в Академии Звездного Флота.
Они четверо и Эш стали почти неразлучны. За прошедший месяц курсанты вместе учились, обедали и жили в комнатах по соседству. У Ичеба раньше не было настоящих друзей. Конечно, Наоми его друг, но она всего лишь маленькая девочка, хотя и очень развитая для своего возраста. А Семь он воспринимал, как старшую сестру. Но теперь у него наконец-то появились друзья-приятели.
Отношения с Эш постепенно становились больше чем просто дружба. Позавчера, после целого вечера зубрежки, когда они пожелали друг другу спокойной ночи, она ласково погладила его по бледной щеке и коснулась своими губами его губ. Чувства были новыми, неожиданно острыми, и очень приятными. Поцеловав Ичеба, она улыбнулась. Набравшись храбрости, он робко коснулся губ девушки в ответ.

Его новые друзья сидели молча. Ичебу вспомнилось самое популярное среди кадетов времяпрепровождение, сводившееся к формуле: «Занимаясь делом, не забывай кусать пиццу».
Он прекратил читать учебник и посмотрел на лица окруживших его курсантов. Это была самая заветная его мечта, научиться понимать людские эмоции. Как борг, он раньше не нуждался в чувствах и эмоциях, не было необходимости и в голосовой коммуникации. Всем про всех, внутри коллектива, было известно и разложено по полочкам. Курсанту Ичебу предстояло узнать, что поднятые вверх уголки губ, почти у всех гуманоидных рас, означают радость или удовлетворение, вода текущая из глаз - горе или печаль, сведенные вместе брови — гнев или недовольство. И сейчас он смотрел то на одного, то на другого своего друга и пытался расшифровать их эмоции.
Они сидели около небольшой березовой рощи. Эш держалась позади мальчиков. Посмотрев на девушку, Ичеб увидел, что у нее красные глаза и скорбное выражение лица. Раньше он такого за ней не замечал.
- Ичеб, - произнесла она дрогнувшим голосом. - Ты должен ответить нам на некоторые вопросы.
- О чем ты? Я не понимаю. Что вы хотите от меня узнать?
Тим засопел, его дыхание сделалось тяжелым и прерывистым. Такая человеческая эмоция обеспокоила Ичеба. Тим был самым слабым среди курсантов и плохо успевал в классе.
- Он не понимает, - процедил сквозь зубы Тим.
- Я, правда, не понимаю, тебя Тим.
Эш тихо вздохнула.
- Тим, может быть он действительно не причастен к этому.
- Конечно, он причастен. Он часть коллектива. Сегодня мой отец получил письмо, - голос Тима задрожал, совсем, как у Эш. - Предполагалось, что мне ничего не скажут. Но не в этот раз. Я узнал все. Борг.
Последние слова больно обидели Ичеба.
- Ты не прав, Том. Ты прекрасно знаешь, что я больше не часть коллектива.
- Ичеб, - сказала Эш. - Послушай. Мы кое-что узнали и хотим спросить, имеешь ли ты к этому отношение.
- К чему? - нахмурился он и тут же почувствовал сильный толчок в спину. Андре ударил его! Ичеб повернулся назад, удивленно посмотрев на друга. - Андре, за чем ты это сделал?
- Моя тетя была убита при «Волке 359», ты ублюдок! - захлебываясь от злости, кричал Андре. Ичеб, сбитый столку неожиданным нападением и текущими по лицу Андре слезами, не успел уклониться от кинувшегося на него с кулаками Сэма. От удара в голову Ичеб упал на траву, его падды, гремя, высыпались из сумки.
- Что вы делаете? - в ужасе закричала Эш. - Мы ведь только хотели с ним поговорить!
Тим бросился на упавшего Ичеба, схватив того за ворот рубашки. К этому моменту Ичеб понял, что происходит, но не понимал, за что бьют именно его, и эта несправедливость причиняла ему гораздо больше боли, чем кулаки теперь уже бывших друзей. Он сказал им правду, он не был больше частью коллектива... но имплантанты внутри его тела давали ему неоспоримое физическое превосходство над любым из напавших на него курсантов. С нечеловеческой силой и скоростью он схватил Тима за руку, не давая ему больше бить себя. От Сэма он просто уклонился. Стоявший все еще сзади них Андре, схватил Ичеба поперек туловища и одновременно с этим вырывающийся из рук Тим нанес удар в пах.
Ичеб зажмурился, задохнувшись от боли. Следующий удар пришелся по лицу, снизу вверх. Падая на колени, он потянул за собой державшего его Андре. С огромным трудом Ичебу удалось выкрутиться и бросить Андре через голову. Курсант описав по хорошей амплитуде круг, рухнул на тротуар и потерял сознание.
Тревога за друга заставила Ичеба остановиться. Сэм кинулся поднимать Андре.
- Все, - тяжело дыша, сказал Сэм и с опаской поглядел на Ичеба. - Хватит. Это заходит слишком далеко. Андре срочно нуждается в медицинской помощи. Ичеб мы...
Не дослушав Сэма, Тим снова сбил Ичеба с ног. Ичеб почувствовал, как что-то твердое ударило его по голове, и он понял, что Тим схватив валявшийся неподалеку камень использует его, как оружие. Инстинктивно Ичеб прикрыл голову руками.

Что произошло? Почему они вдруг кинулись на него? Неужели очередное нападение боргов? Нет, не может быть. Он бы давно услышал про это. Семь или командование Звездного Флота наверняка связались бы с ним. И он, конечно, постарался бы помочь им в войне с ужасным и ненавистным противником.

Удары сыпались градом. Эш схватившись руками за голову бегала вокруг дерущихся и в страхе кричала:
- Остановитесь! Вы убиваете его!
Сэм, поняв свою ошибку, кинулся отрывать разъяренного Тима от Ичеба. Стоял страшный шум. Все кричали. Перед глазами Ичеба поплыли круги. Тим еще раз ударил его в пах и мир, вспыхнув яркими искрами, стал серым.
Физически Ичеб перестал чувствовать боль, но он так же прекрасно знал, что Тим не на секунду не прекращает наносить ему удары. Сознание начинало оставлять его. Он больше не сопротивлялся и не отвечал на атаки. Все казалось ему нелепым и смешным, вспомнилась фраза: «Сопротивление бесполезно».
Ичеб подумал, что если Эш и Сэм не преуспеют и не остановят Тима, тот не прекратит его избивать до тех пор, пока не убьет. Это ранило больше всего.

Неожиданно удары прекратились. Ичеб из последних сил попытался открыть заплывшие глаза. И когда ему это, наконец, удалось, он увидел синее небо и белые барашки облаков. Над ним склонилось знакомое темное лицо с карими глазами и остроконечными вулканскими ушами.

Тувок с легкостью оторвал Тима от его жертвы, больше Ичеб ничего не помнил.

@темы: Вояджер, Чакотэ(ай)

Комментарии
2011-11-20 в 12:49 

Асвиар Инвим Аквилар
My life is worthless. And my tries hopeless.
Эх, даже в конце 24 века люди по сути своей продолжают оставаться дикарями... позор нам...

     

Star Trek:Voyager

главная